Источник картинки (не коммерческое использование)

Штат Техас. Полдень. Солнце жарит так, что кузнечики предпочитают не прыгать, а ползти. Фермер Джек Паркерс сидит на веранде, потягивает холодный чай и наблюдает, как его любимец — бык по кличке Сенатор — щиплет травку в загоне. Сенатор — животное крупное, с характером. Он не любит чужих. И, честно говоря, он не любит вообще никого, кроме Джека и, возможно, коровы Бетти, но и то не факт.

Вдруг калитка скрипнула. Во двор, не спрашивая разрешения, вошёл человек в костюме, который стоил больше, чем весь урожай кукурузы Джека за год. На лацкане поблёскивал металлический значок. Налоговый инспектор. Смит Вейл.

— Добрый день, — сказал Смит тоном, которым обычно сообщают о смерти. — Налоговая служба. Провожу осмотр.

Джек медленно поставил стакан.

— Слышь, друг. Ты вообще видишь, куда зашёл? Это частная территория. У нас в Техасе знаешь, что с незнакомцами делают? Я имею право тебя даже застрелить, если посчитаю нужным.

Смит даже не моргнул. Он молча достал из кармана значок и повертел его перед носом Джека.

— Видите? Это федеральный значок. Мои полномочия позволяют заходить куда угодно и делать что угодно. Абсолютно всё. Что угодно. Вам ясно?

Джек прищурился. Спорить с федералами — себе дороже. Но что-то в этом значке было такое... раздражающее.

Смит тем временем уже открыл дверь сарая и заглянул внутрь. Джек подошёл:

— Эй! Ты чего по сараям шаришь? Это частная собственность. Это неэтично, в конце концов!

Смит снова поднял значок, как священник — распятие.

— Мне всё этично, у меня полномочия, — отчеканил он. — Мне позволено всё. Я могу заглянуть даже в твой холодильник, в твою спальню. И даже в твою душу. Ты понял, наконец? Мне позволено всё, что угодно. Уяснил? Так что, отвали в сторону и не мешай, пока проблем не нажил!

Джек от возмущения закипел, но промолчал. А Смит прошёл дальше, к загону, где стоял Сенатор. Бык лениво жевал сено и смотрел на чужака с плохо скрываемым презрением.

— А это что за постройка? — спросил Смит, указывая на небольшой навес, где Сенатор обычно спал.

— Это загон. Иными словами, спальня для быка, — спокойно ответил Джек. — Но туда лучше не заходить.

— Ах, да? — усмехнулся Смит. — И кто мне запретит? Уж не ты ли? Что ж? Попробуй! Сразу в тюрьме окажешься! У меня особые полномочия!

Он решительно распахнул дверь навеса. Внутри, в полумраке, сверкнули два глаза. Огромные. Красные. И раздалось низкое, утробное «му-у-у», от которого задрожали даже стекла в доме.

Сенатор не любил, когда в его пространство кто-то бесцеремонно вторгался.

Бык рванул вперёд. А Смит, потеряв всю свою федеральную важность и пафосность, с перепугу взвизгнул и бросился бежать. Он петлял между грядками, спотыкался о лейки, перепрыгивал через кусты. Разорвал штанину. Испачкал навозом пиджак. Сенатор в это время неустанно бежал за ним, настигая его. Рога — как два копья. Копыта — как молоты.

— Помогите!!! — орал Смит. — Он же меня забодает! Затопчет!!! Вызовите полицию!!!

Джек стоял у веранды, сложив руки на груди. Сначала он просто улыбался. Потом захихикал. И вскоре согнулся пополам от дикого истеричного хохота, хлопая себя по коленям.

— Что же ты бежишь?! — задыхаясь от смеха, крикнул он. — Остановись и покажи быку значок! Он тут главный налогоплательщик!

Смит, уже не разбирая дороги, попытался на бегу достать значок, но уронил его в грязь. Сенатор наступил на него копытом и вдавил в землю вместе с федеральной гордостью инспектора.

— С быком мои полномочия не работают, — простонал Смит, уворачиваясь от очередного выпада разъярённого животного.

— Ещё как работают! — крикнул Джек. — Просто у Сенатора полномочий больше! Он тут с самого рождения!

Через двадцать минут Смит перелез через забор и скрылся в кукурузе, оставив на память фермеру и быку один ботинок, клочок пиджака и полностью утраченную веру в силу федерального значка.

Джек подошёл к Сенатору, потрепал его по могучей шее.

— Молодец, парень. Уважаю. А значок этот... — он поднял из грязи погнутый металлический кружок. — Повешу-ка я его на загон. Пусть все видят, что тут частная территория. И на ней у нас свои полномочия. Рогатые.

Сенатор довольно фыркнул и вернулся к сену. Он был полностью согласен.

Автор: Дмитрий ДАРМОДЕХИН